«Луи, думаю, что это начало прекрасной дружбы»

Путеводитель по миру идей и образов фильма Майкла Кертица «Касабланка»

В ноябре 1942-го, когда состоялась официальная премьера «Касабланки», на киноэкранах США не было фильма более актуального: название марокканского портового города стало известно на весь мир после того, как накануне там высадились войска союзников и выбили фашистов с северо-запада Африки. Конференция глав союзных государств, которая прошла в Касабланке в январе 1943-го, совпала с датой выхода фильма в широкий прокат и сделала ему дополнительную рекламу: только за первые месяцы проката фильм заработал более четыре миллионов долларов1. Образы главных героев и драматические ситуации, которые были как будто бы позаимствованы из множества других фильмов, создали на экране особую ностальгическую атмосферу, которая идеально совпала с настроением зрителей военных лет. Однако культовый статус «Касабланка» получила позднее, когда из-за многократных показов по американскому телевидению превратилась в заморский аналог «Иронии судьбы», чьи достоинства (реальные или мнимые) уже мало интересуют зрителей. Куда важнее те элементарные чувства, которые этот фильм автоматически вызывает при каждом просмотре. Восхищение перед людьми, которые, несмотря на военную разруху, остаются ослепительно красивыми, изысканными и элегантными. Сочувствие к женщине, способной бросить любимого мужчину ради спасения жизни героя. Наконец, уважение к мужчине, который ради великого дела может отказаться от счастья в личной жизни, получив за это лишь уважение французской полиции.

 

1. Картонная Касабланка: царство условности

Фильм начинается с короткого урока географии: Африка, Марокко, самая крайняя точка континента, город-порт Касабланка, откуда летают самолеты в свободную Португалию, не оккупированную фашистами. Но картонные декорации, грубо нарисованные средиземноморские панорамы и игрушечные модели самолетов не могут никого обмануть. Этот малобюджетный мир, собранный наспех из всего, что попало его создателям под руку, предельно условен, как и сказочный сюжет фильма, который вертится вокруг двух похищенных транзитных виз. У персонажей фильма почему-то не вызывает удивления, что визы подписаны генералом де Голлем, который в реальности считался на территории Франции дезертиром и предателем. Любого, кто предъявил подобные документы для выезда, немедленно бы арестовали, однако это обстоятельство не мешает героям фильма благополучно покинуть Касабланку. Зрители не обращают на внимания на все эти неточности, нелепости и ошибки: увидев, что похищение виз вызвало огромный переполох, они получают достаточное основание для того, чтобы переживать за судьбы героев, и готовы дальше верить во что угодно.

 

2. Маршал Петена vs. Сопротивление: «Я держу не только свои, но и чужие обещания»

Городские стены Касабланки украшает портрет старичка в военной форме и надпись: Я держу не только свои, но и чужие обещания. Филипп Петен, маршал Франции» («Je tiens mes promesses meme celles des autres»*). До Второй мировой войны имя этого героя Первой мировой было на его родине символом национальной гордости, после нее – превратилось в символ позора. Именно Петен, который после капитуляции Франции возглавил новое национальное правительство в городе Виши, стал автором термина «коллаборация» (буквально: «сотрудничество»), когда в специальном радиообращении призвал нацию сотрудничать с немецкими оккупантами. Во время правления Виши членов французского Сопротивления считали террористами и наказывали по всей строгости закона. Поэтому не случайно члена Сопротивления в «Касабланке» убивают на фоне портрета Петена и его высказывания: в результате эта фраза, которая была в годы войны одним из главных пропагандистских лозунгов Франции, приобретает двоякий зловещий смысл, грозя смертью** любому, кто осмеливается бороться за традиционные ценности французской республики - «Свободу. Равенство. Братство»***.

  1. *  В «Касабланке» это высказывание Петена дано в слегка искаженном виде. В оригинале оно звучит как «Je tiens LES promesses meme celles des autres». Эта цитата была широко растиражирована во Франции после того, как Петен в 1941-м году своим распоряжением создал 1 мая праздник «День труда», подтвердив со ссылкой на закон 1919-го года права трудящихся на 8-часовой рабочий день.
  2. **  Убивая сопротивленца руками своих жандармов, Петен в известном смысле выполняет обещание немецких оккупантов, которые после первых боев с городскими партизанами пригрозили расстреливать по десять французов за каждого убитого немца.
  3. ***  При Петене известный французский девиз «Свобода. Равенство. Братство» был заменен на лозунг «Труд. Семья. Отечество».

3. «Касабланка»: коллекция штампов

В 1982 американский журналист Чак Росс провел эксперимент: взял сценарий «Касабланки», изменил имена нескольких героев, переименовал и отправил в пару сотен голливудских агентств. Из восьмидесяти пяти импресарио, которые прочли этот текст, лишь восемь догадались, что имеют дело со сценарием легендарного фильма 1943-года. Мнения остальных разделились: только трое заявили, что он способен стать успешным фильмом, тридцать восемь отвергли его как заявку, не имеющую коммерческого потенциала, а двадцать пять назвали сценарий Росса плагиатом, не узнав в нем «Касабланку». Это не удивительно: почти каждый поворот сюжета, почти каждая сцена, почти каждый образ фильма представляет собой узнаваемый штамп. Главный герой с разбитым сердцем, неожиданная встреча разлученных влюбленных на краю земли, обманутый муж, любовный треугольник, побеждающая все невзгоды любовь и т.д. – этот слабый малосодержательный сюжет как в 1943 году казался банальным, так и сегодня не вызывает восторга в пересказе. Однако сотни штампов, собранные вместе, вызвали у зрителей не зевоту, а прилив ностальгии. «Касабланка», - отмечает итальянский писатель Умберто Эко, - цитирует тысячи и тысячи других фильмов, где каждый актер играет уже много раз сыгранную роль… «Касабланка» ароматным облаком тащит за собой ситуации, которые зритель тотчас угадывает, не замечая, что они из других фильмов…«Касабланка» - не один фильм, а много фильмов, целая антология. Он словно возник случайно, как бы сам собой - если и не вопреки воле авторов, то, во всяком случае, помимо ее и помимо воли актеров. И потому он воздействует, вопреки эстетической и кинематографической теории… Когда на сцену бесстыдно врываются все архетипы, открываются гомеровские глубины. Два клише смешны. Сто клише волнуют. Потому что мы неотчетливо слышим, как клише разговаривают между собой, празднуя встречу»2.

 

4. Главный герой: 4 место в списке 100 самых любимых героев в истории кино

Среди сотен эмигрантов, оказавшихся в Касабланке, есть беженцы со всех континентов – Европы, Африки, Азии, однако американцев среди них всего двое - главный герой, хозяин ночного клуба Рик, которого играет Хамфри Богарт, и его друг, чернокожий музыкант Сэм. Как и Америка в начале 40-х, «Рик упорно сохраняет нейтралитет*, не желая иметь ничего общего с еще одной Мировой войной»3. Делает вид, что ему нет никакого дела до того, что происходит вокруг, повторяет как мантру фразу «Нет человека, ради которого я бы подставил шею» и пытается казаться большим циником, чем он есть на самом деле. Но тщетно: и другие персонажи, и зрители быстро замечают, что под маской прагматика скрывается сентиментальный романтик и «непоколебимый идеалист, в котором вся Америка после выхода фильма с наслаждением узнала себя»4. И продолжает узнавать до сих пор: в списке 100 самых любимых героев в истории кино герой Богарта занимает пусть не первое, но не менее почетное четвертое место. Рик нравится всем, почти любой аудитории зрителей – женской и мужской, бедной и богатой, либеральной и консервативной. Он типичный бандит из фильмов о гангстерах – крутой парень, который способен решить любую проблему. Он солдат-наемник, который сражается за деньги, но при этом – только на стороне «неудачников», т.е. добра и справедливости. Он либерал, способный взять на работу чернокожего и относиться к нему с уважением, сохраняя при этом необходимую для тех лет дистанцию. Он идеальный босс, который продолжает платить зарплату даже после закрытия своего заведения. Он нахален и одновременно учтив, циничен и сентиментален, брезглив и при этом успешен. Силен, когда надо разобраться с гангстерами, оккупантами и полицией, и слаб, когда дело касается отношений с женщиной. Но что важнее, ему как человеку с таинственным прошлым, не приходится доказывать зрителю свое право быть Героем. Согласно правилам жанра нуар, оно по умолчанию обретено им за кадром, поэтому добрую половину фильма зрители просто ждут, когда персонаж Богарта перестанет вести себя как обиженный на весь мир подросток с разбитым сердцем, и совершит в финале Поступок, которого от него все так ждут.

  1. *  Одна из популярных трактовок «Касабланки» заключается в том, что с ее помощью авторы фильма хотели мотивировать американского президента (хозяина Белого дома) как можно скорее принять решение об участии США во Второй мировой войне. Намек на это - название фильма: «casa» в переводе с испанского - «дом», «blanca» - белая. В определенном смысле это получилось: президент США Рузвельт стал одни из самых известных поклонников фильма1.

5. Лотарингский крест: символ Сопротивления

Лотарингский крест с двумя перекладинами, изображенный на кольце одного из героев «Касабланки», был одним из самых узнаваемых символов Второй мировой войны. С подачи генерала Шарля де Голля он стал ответом фашисткой свастике и превратился в опозновательный знак французского Сопротивления.

 

6. Бармен Саша: бывший российский актер

Касабланка в фильме имеет мало общего с реальным одноименным городом и больше напоминает какое-то сказочное место вне времени и пространства, куда попадают герои фильма - эмигранты со всей Европы. Точно таким же местом «вне времени и пространства» для актеров фильма была его съемочная площадка: почти все они, включая режиссера, были эмигрантами, которым пришлось покинуть Европу под давлением обстоятельств. Например, бармен Саша, что на чистом русском заигрывает с бывшей подружкой своего босса, - бывший российский театральный актер Леонид Кинский, который эмигрировал из России в 1921 году и на пути в Голливуд успел поработать в Германии и Южной Америке. Коренных американцев среди труппы «Касабланки» почти нет.

 

7. Трудный выбор главной героини: Рик Блейн или Виктор Ласло?

То, что героиня Игрид Бергман по сюжету фильма разрывается между двумя мужчинами, отчасти вызвано условиями создания «Касабланки», сценарий которой дописывали на ходу, прямо во время съемок. «В кого же влюблена героиня - в Рика или мужа?», - постоянно спрашивала актриса у режиссера. «Мы сами не знаем, играй что-нибудь среднее», - кричал ей в ответ Майкл Кертиц5. В результате у Бергман получился противоречивый, амбивалентный образ, в котором разум борется с сердцем, желания - с силой воли, а влечение – с чувством долга.

Для крепкого ремесленника Кертица, перебравшегося в Голливуд из Венгрии в 20-е годы, фильм был 135-м по счету в его карьере, а для актеров – очередной проходной картиной, от которой никто не ждал ничего особенного. По воспоминаниям Бергман, работа над «Касабланкой» начиналась из рук вон плохо, сценарий переписывали ежедневно, поэтому съемки фильма происходили без всякой подготовки: «Никто не знал, как будут развиваться события в фильме дальше, чем он закончится. Это, конечно же, не помогало нам войти в образ»6. На все вопросы режиссер отвечал: «Пусть логика [характеров] вас не заботит. Я прогоню все это в таком темпе, что никто ничего не заметит»4. «То, что выглядит [в фильме] продуманным режиссерским замыслом, вызывая ошеломительными неожиданностями аплодисменты публики, на самом деле решения, принятые по крайней необходимости» (Умберто Эко)2. Возможно, именно эти обстоятельства и создали на экране ту особую атмосферу неопределенности, недосказанности и туманности, которая так понравилась зрителям 40-х. Они испытывали перед непонятным будущим те же чувства, что и персонажи «Касабланки»: как и когда для каждого из них кончится война, они могли только догадываться.

 

 

8. Эхо войны: «Марсельеза» против «Die Wacht аm Rhein»

«Касабланка», вероятно, один из немногих фильмов о событиях Второй мировой войны, в котором нет батальных сцен. Из-за ограниченного бюджета вокальный поединок между посетителями ночного клуба Рика, исполняющими «Марсельезу», и нацистами, что поют немецкий марш «Die Wacht аm Rhein» («Стража на Рейне), стал единственным на весь фильм эпизодом, в котором сходятся между собой две противоборствующие стороны мирового военного конфликта. Невероятная, неправдоподобная и абсурдная сцена7: сбежавший из немецкого концентрационного лагеря лидер чешского движения Сопротивления Виктор Ласло, которого разыскивают по всей Европе и вот-вот должны арестовать в Касабланке, дирижирует хором эмигрантов на глазах у нацистов! Нетрезвая барышня легкого поведения, которая только что ходила под руку с немецким офицером, проникается духом патриотизма и поет французский гимн со слезами на глазах! А фашисты, в реальности запретившие в 1942 году исполнять «Марсельезу» на оккупированных ими территориях, раздраженно замолкают без особых последствий для певцов! Однако символический смысл этой духоподъемной сцены, выраженный в борьбе двух гимнов, с лихвой окупает все нелепости сюжета. Недаром газета «New York Times», назвавшая «Касабланку» в своей рецензии 1942 года одним «из самых захватывающих и сильных фильмов года», особенно отметила именно эту сцену.

 

 

9. Символический жест капитана полиции: вода «Виши»? Спасибо, нет!

Когда самолет уже взлетает, капитан Рено совершает символический жест – бросает в мусорную корзину бутылку с минеральной водой «Виши», которую разливают в одноименном городе, столице оккупированной Франции, и переходит на сторону Сопротивления. Поступок Рика, жертвующего всем ради победы над фашизмом, пробуждает у Рено – циничного, но не чуждого романтики шефа полиции - чувство патриотизма. «Конец нечеловеческой любви одних становится началом прекрасной дружбы других»8.

 

10. Финал: хэппи-энд

В 1987 году студия «Уорнер Бразерс» попыталась перемонтировать заключительный эпизод «Касабланки». В новом варианте главная героиня не улетала, а оставалась на земле, в объятьях Рика9. Это мгновенно превратило фильм в обычную наивную и неправдоподобную мелодраму с хэппи-эндом. Несмотря на то, что сценарий фильма предусматривал два возможный варианта финала*, отснят был лишь тот, который мы видим на экране: ради победы над фашизмом Рик жертвует своей любовью. Влюбленные расстаются навсегда. Иного финала в годы войны, когда каждому приходилось чем-то жертвовать, и быть не могло. Когда американец сажает Ласло и Ильзу в самолет и убивает нациста, майора Штрассера, зрители понимают: «раз Рик возвращается к борьбе, победа во Второй мировой войне неизбежна»3.

  1. *  Из воспоминаний Ингрид Бергман: «Было решено отснять два варианта окончания фильма, так как никто не мог решить: улетать ли мне с мужем на самолете или оставаться с Хэмфри Богартом? Мы снимали первый вариант, где я прощалась с Хэмфри Богартом и улетала с Полом Хенрайдом. Потом, если вы помните, Клод Рейне и Боги скрываются в тумане, и звучит знаменитая фраза: «Я думаю, Луи, это начало прекрасной дружбы». Тут же все решили: "Все. Это как раз то, что нужно. Второй вариант снимать не будем. Это замечательная заключительная фраза»6.

Использованные источники:

1.  Мусский И.А., «Сто великих зарубежных фильмов». М., Вече, 2006 г.

2.  Эко У., «Касабланка, или воскрешение богов». Журнал «Киноведческие записки», №45, 2000 г.

3.  Макки Р., «История на миллион долларов: Мастер-класс для сценаристов, писателей и не только». М., Альпина-фикшн, 2008 г.

4.  Лурселль Ж., «Авторская энциклопедия фильмов». М., Rosebund Publishing, 2010 г.

5.  Спото Д., «Ингрид Бергман». С., Русич, 1998 г.

6.  Берман Ингрид, Берджесс Алан, «Моя жизнь». М, Радуга, 1985 г.

7.  Самутина Н., «Cult Camp Classics»: специфика нормативности и стратегии зрительского восприятия в кинематографе».

8.  Семеляк М., рецензия на фильма «Касабланка» для журнала «Афиша»

9.  «Энциклопедия кино США. Фильмы». М, Материк, 2007 г.

10. Быков Д., «Пусто место». Журнал «Искусство кино», №11, ноябрь, 1998 г.

11. Митта А., «Кино между адом и раем». М., Зебра Е., 2007 г.

Присоединяйтесь к нашей группе

Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии